• Полина
  • Лилия
  • Лена
  • Аня
Ежедневно с 10.00 до 20.00
менеджеры ответят на ваши вопросы

Что может быть хуже бедствия в Мексиканском заливе?

Всему миру известно о чудовищной катастрофе в Мексиканском заливе. На фоне этой катастрофы ураган Катрина кажется теперь мелким дождиком.

Каждый раз, когда по новостям видишь, как нефть фонтанирует из трубы, которая пролегает на милю под поверхностью океана, становится жутко. Картины гибнущих, черных от нефти пеликанов вызывают у нас негодование и жалость. Никакие репортажи не способны рассказать о финансовых убытках малого бизнеса и рыбаков, размер которых представить себе невозможно. Масштаб катастрофы BP не поддается осмыслению.

Я находился в Англии, когда Барак Обама обвинил BP в этой трагедии и подверг компанию критике. Эта критика спровоцировала резкий ответ со стороны британцев. Политики посчитали заявления Обамы чересчур громкими и призвали быть осторожнее в выборе слов. В ответ на критику Обамы британский премьер-министр Дэвид Камерон заявил, что «не нужно валить всю вину на BP понапрасну». Ричард Брэнсон, владелец империи Virgin, заявил, что «Обама бьет лежачего». Никто и не подумал об экологии или тех людях, которые пострадали от разрушительного действия катастрофы. Эти люди были озабочены пенсионерами, стабильная пенсия которых зависит от компании BP.

17 июня в лондонской газете Daily Mail появился кричащий заголовок, «Обама принуждает BP создать Фонд помощи пострадавшим от разлива нефти в размере £13,5 млрд... но по этому счету заплатят британские пенсионеры». Англичане недовольны Обамой за то, что он давит на BP, чтобы компания приостановила выплату дивидендов и создала резерв в $20 млрд. на ликвидацию последствий катастрофы. Волевая позиция Обамы затронула не только британских пенсионеров, которые владеют 40% акций BP, но и американские пенсионные фонды, которым принадлежит 39%. Другими словами, экономический ущерб от катастрофы выходит далеко за пределы Мексиканского залива. Этот ущерб охватывает пенсии, пенсионеров и инвестиционные портфели по всему миру.

Новая угроза

Находясь в Лондоне, я решил поужинать в деловом квартале Кэнэри-Уорф. Каких-то несколько лет назад Кэнэри-Уорф был одним из центров финансовой вселенной. Цены на квартиры здесь были астрономические, все офисы заняты, а состоятельные банкиры наполняли Кэнэри-Уорф атмосферой достатка и довольства. Сегодня Кэнэри-Уорф приходит в упадок. Вместо прежней оживленности я увидел тут полупустые рестораны и офисы, да пару горящих окон в тех самых, некогда люксовых, квартирных домах.

Однако Кэнэри-Уорф остается местом, где производят бомбы, в том смысле, что здесь, как и в AIG, изготавливают экзотические финансовые продукты, известные как деривативы. Проблема в том, что большинство людей не понимают, что же представляют собой эти туманные и загадочные продукты. Не понимают даже те, кто их производит, и те, кто их покупает. Именно поэтому Уоррен Баффет назвал деривативы «финансовыми орудиями массового уничтожения». Массового уничтожения. Во время Второй мировой войны в Порте Чикаго, штат Калифорния, в процессе погрузки бомб для последующей транспортировки взорвался корабль. Взрыв сравнял все с землей на мили вокруг. Рассказывали, что якорь корабля, который весил тонны, нашли за шесть миль от места взрыва. Деривативы — финансовые бомбы — будут столь же разрушительны, если случайно сдетонируют на балансе банка.

Ипотечный кризис произошел в результате взрыва финансовых бомб, другими словами деривативов, в таких финансовых учреждениях, как AIG и Lehman Brothers, а также в банках и финансовых компаниях по всему миру. После того как рванули созданные AIG бомбы, компания получила на свое спасение $181 млрд. из средств налогоплательщиков и немедленно направила $11.9 млрд. французскому банку Société Générale, $11.8 млрд. ушло в Deutsche Bank, а $8.5 млрд. — в Barclays Bank of Britain. Банки по всему миру спасали от кризиса на деньги американских налогоплательщиков. В течение последних трех месяцев 2008 года AIG теряла более $27 млн. в час. Эти цифры показывают разрушительную силу деривативов. Но главная проблема в следующем: огромное количество таких бомб осталось на балансах компаний по всему миру.

Финансовые бомбы разбросаны по всему миру

Военные бомбы разделяют по весу: бывают 500-, 750- и 1 000 фунтовые бомбы. А финансовым бомбам придумали интересные названия: ООДО (облигация, обеспеченная долговыми обязательствами), ЦБОА (ценные бумаги, обеспеченные активами) и СДК (своп на дефолт по кредиту). Несмотря на всю экзотичность и заумность своих названий, эти инструменты предельно просты. Например, ООДО, при переводе на обычный язык, это долговое обязательство, проданное как актив. А СДК, или просто своп, это не больше, чем форма страхования.

Так как страховая отрасль строго регулируется законом, а производители СДК не желают следовать всем правилам и нормам страхового бизнеса, то СДК взяли и назвали «свопами», а не страховкой.

Дело осложняется еще и тем, что с благословления наших ведущих рейтинговых агентств, Moody's и S&P, (и даже самого председателя ФРС Алена Гринспена) эти финансовые бомбы стали считаться безопасными, надежными и прибыльными инструментами. А такое благословление может сравниться разве что с благословлением Папы Римского. В 2007 году разразился ипотечный кризис. Что было дальше — в комментариях не нуждается.

Вся беда в том, что в системе до сих пор заложены эти бомбы замедленного действия стоимостью в $700 трлн. Пока мы наблюдаем за катастрофой в Мексиканском заливе, немногие знают о существовании другой катастрофы, о непрекращающемся производстве финансовых бомб. Пошатнись этот рынок деривативов, и мы станем свидетелями новой беды.

Новая катастрофа нам не под силу

Большинство людей понимает, что в мире недостаточно денег, чтобы очистить от нефти Мексиканский залив. То же самое справедливо и для рынка деривативов. Если хотя бы 1% из 700 триллионного рынка деривативов лопнет, это выльется в катастрофу в размере 7 триллионов. Вся американская экономика приносит не более $14 трлн. в год. Дефолт 10%, или потеря $70 трлн., возможно обрушит всю мировую экономку. Как и в случае с разливом нефти на вышке BP в Мексиканском заливе, в мире недостаточно денег, чтобы ликвидировать катастрофу деривативов.

Может ли произойти такая финансовая катастрофа? Ответ — да. В сущности, призывая к «правильным действиям», президент Обама оказывает давление не только на BP, но и на финансовые рынки. Президент и ключевые фигуры в Конгрессе пытаются сейчас провести законы о реформировании финансовой системы. У меня есть опасение, что в случае непродуманности действий именно эта финансовая реформа запустит механизм финансовых бомб замедленного действия и что тогда новой катастрофы нам не миновать.

В настоящий момент деривативы обращаются на внебиржевом рынке. Это означает отсутствие наблюдения, контроля и правовых механизмов. Согласно предлагаемым законам о финансовом реформировании, деривативы должны будут обращаться на бирже. Это привнесет прозрачность и контроль. Боюсь, что когда это произойдет, реформа обнаружит мошенничество и нарушения, о которых сегодня мы даже не подозреваем. Если включить свет, тараканы (то есть банкиры) начнут спасаться бегством. Безусловно, стремление президента Обамы привлечь богатых и власть имущих к ответу достойно одобрения, однако мне трудно себе представить, какой ценой это произойдет.

Сколько еще катастроф мы способны оплатить?

© Все права на тексты, фотографии, изображения и дизайн сайта защищены.

ООО «Техпро» , ИНН 7718805565, ОГРН 1107746368300

Телефон: +7 (950) 288-46-75